finogeev__svetskyjcom__fc
  • Светский:

    Что? Где? Когда?

  • Новое в блогах:

    КБ Дзержинск

  • Культура:

    Театральный блог

  • Отдых:

    По миру

Театральная гостиная

Дамы и господа!

 


Приветствуем Вас в специальной рубрике «СВЕТСКОГО» – «Театральная гостиная». Когда Вы последний раз ходили на премьеру в Дзержинский театр Драмы? Пожалуй, сейчас намного проще сходить в кино, ведь там можно в комфортном зале с современным звуком на широком экране посмотреть новинки киноиндустрии. А походы в театр случаются крайне редко. И это очень несправедливо, потому что нашему родному театру уделяется катастрофически мало внимания. А ведь там есть на кого посмотреть, и есть что Вам показать. Ведь театр – это живой организм, в котором постоянно что-то происходит, каждый год меняется репертуар, интересные премьеры, эксперименты, спектакли, бенефисы любимых артистов. Эта рубрика будет как раз освещать театральную жизнь города. О дзержинских актерах, их успехах и достижениях, их творческих победах и триумфах будет рассказывать журнал "СВЕТСКИЙ". Здесь Вы также найдете эксклюзивные интервью, которые столичные именитые актеры дали «СВЕТСКОМУ».

Виктор Вебер

 

 

"ФАМИЛИЯ ПЕРЕВОДЧИКА ДОЛЖНА БЫТЬ ЗНАКОМ КАЧЕСТВА"

Его имя наиболее известно в среде русскоязычных почитателей таланта Стивена Кинга. Именно он одним из первых в России читает новые произведения авторов фантастических романов, переводит их на русский язык и уже много лет работает с ведущими изданиями страны. Как выпускник Московского авиационного института Виктор Вебер стал профессиональным переводчиком, читайте в эксклюзивном интервью, которое он дал «СВЕТСКОМУ» во время визита в Дзержинск.

 

 

Виктор Анатольевич, как так получилось, что вы стали переводчиком?
— Я окончил МАИ и благодаря интересу к англо-американской фантастике в 1972-1973 г. выучил английский язык. Начал читать. Начитался до такой степени, что захотелось поделиться с близкими и друзьями. Переводить стал с 1977 года по просьбам коллег: им тоже хотелось знать, о чем эти книги в красивых обложках. Первая публикация была в августовском номере журнала «Юный техник» за 1980 год. А в 1989 году ушел с работы и сосредоточился только на переводах. В последние годы у меня появилось новое увлечение — перевод пьес.

 

Какое первое литературное произведение вы перевели? Довольны ли сейчас результатом вашей первой работы?
— Так уж вышло, что первым я перевел роман Франсуазы Саган «Хранитель сердца», но с английского. Повторюсь, перевел для друзей. И мне все говорили: «Ну, до чего же здорово!» Возможно, эти комплименты, тогда точно незаслуженные, и подтолкнули к переводам. Лет через восемь я вернулся к этому переводу, и оказалось, что действительно он в общем хороший, но уж очень много было погрешностей. И, надо сказать, после редактуры его напечатали не один раз. Один мой приятель, первоклассный переводчик с французского, не поленился сравнить мой перевод с оригиналом и авторитетно заявил, что разницы не почувствовал. Для двойного перевода случай, считаю, уникальный.

 

Как давно вы переводите Кинга, и какое его произведение было для вас первым?
– Стивена Кинга перевожу с 1996 года. Первое произведение — «Зеленая миля». К Кингу меня подтолкнул сын. Он как-то сказал, что я перевожу совсем не тех писателей, и нужно взяться за Кинга. И надо же такому случиться, где-то через неделю-другую после нашего разговора я зашел в АСТ, и главный редактор положил передо мной первую тетрадочку нового романа Кинга. Ее, кстати, мы перевели с сыном напополам, дальше ему надоело. Так мы с Кингом и встретились. Ранее я читал его роман «Воспламеняющая взглядом», он мне понравился, но не настолько, чтобы всерьез заинтересоваться этим писателем. А вот после «Зеленой мили» мое отношение к нему резко изменилось в лучшую сторону, и я уже просил оставлять мне его новые романы.

 

115310 1

 

Какие произведения Стивена Кинга вам переводить было сложно, а какие легко? Почему?
— Категории «легкое и сложное» в переводе мне не понятны. Могу только сказать, что переводить Кинга мне в радость.

 

Как вы считаете, правдиво ли Кинг описывает жизнь людей в США?
— Думаю, да. Прежде всего потому, что его произведения очень популярны в самой Америке. Кинг — настоящий писатель, Мастер! Читать его непросто, американцы же читать сложные книги не любят, а раз все-таки читают, значит, видят в них то, что их окружает.

 

Вы читаете произведение от начала до конца или сразу приступаете к переводу, еще не зная, чем закончится история?
— Чаще всего начинаю переводить, не дочитав. Но никогда не перевожу с листа, только прочитанный текст. Обычно обгоняю перевод страниц на 20. Это о романах. Рассказы, конечно, прочитываю целиком. Более того, – сразу много рассказов, чтобы отобрать и перевести один.

 

Как вы считаете, много ли в России книг, «испорченных» переводом?
— Много — не то слово. И по-другому в нынешней ситуации быть не может, потому что хороший переводчик — товар штучный, а переводных книг — тьма. Особенно жалко, когда хороший писатель достается плохому переводчику. Фамилия переводчика должна быть знаком качества.

 

Виктор Анатольевич, каких еще авторов вы переводили?
— Я переводил многих. Кроме Стивена Кинга, мои любимые писатели — Лоренс Блок, Джон Ле Карре, Ирвин Шоу, Сомерсет Моэм, Марио Пьюзо. Лучшим его романом я считаю «Дураки умирают». А самый любимый — Алан Милн. Очень рекомендую прочитать его рассказы и Винни-Пуха, но не того пионерского, каким сделал его Заходер, а именно милновского. И то, и другое в моем переводе публиковалось на русском, и есть в Интернете.

 

Используете ли вы компьютерные переводчики?
— Не использую. Словарями пользуюсь только бумажными и считаю это плюсом. Пока отвлекаешься от текста, листая страницы в поисках нужного слова, в голову может прийти дельная мысль.

 

 

 

В чем различие английских и американских текстов?
— И те, и другие пишут на английском. В манере, конечно, разница есть, американцы более динамичные, англичане — размеренные. Если мне писатель близок по духу, и возникает какая-то внутренняя связь, его стоит переводить, если нет — лучше не браться.

 

Виктор Анатольевич, каковы ваши личные пристрастия в литературе? Ваш любимый жанр?
— Мое пристрастие — хороший писатель. Это первично. А в каком он пишет жанре, значения не имеет. Все равно будет здорово. Скажем, из переведенных мною рассказов в тройку лучших я ставлю «Зеленую ню» Ирвина Шоу, «Тетю Эдит» Джона Бранднера и «Секционный зал номер четыре» Стивена Кинга, фантастический, эротический и реалистический соответственно.

 

А вы любите перечитывать книги?
— Перечитывать книги не люблю. Есть книжки, которые выделяешь для себя. Хочется найти свою любимую, у меня еще есть жажда новых книг.

 

Читаете ли вы российских авторов?
— В советское время ходил анекдот с концовкой: «Чукча не читатель, чукча — писатель». Как я выяснил на собственном опыте, анекдот жизненный. Читать российских авторов особо не приходится.

 

Какого зарубежного автора вы бы очень хотели перевести?
— Из тех, кого не переводил — Грэма Грина. Сейчас читаю сборник его рассказов. Это нечто!

 

Чем для вас является процесс перевода литературного произведения — работой или увлечением? Необходимо ли для этого вдохновение?
— Мне представляется, что перевод — это призвание. Сказать, что для этого нужно особое состояние души, не могу. Но вот чувствовать автора, войти в его мир необходимо.

 

В принципе, у всякого человека, переводящего художественную литературу, рано или поздно возникает мысль написать что-то свое. Есть ли у вас такие планы?
— Я твердо убежден, что хорошим переводчиком может быть лишь тот, у кого никогда не возникает желания написать что-то свое. Исключение — поэты, они могут быть хорошими переводчиками прозы. Задача переводчика — перенести произведение из одного языкового поля в другое. Из писателей переводчики обычно получаются так себе, потому что их все время тянет, такой уж склад ума, «улучшить» автора.

 

Какие впечатления останутся у вас от Дзержинска?
—-У меня останутся самые приятные впечатления от вашего города. Москва – очень забитый мегаполис. Я живу в спальном районе, но все равно нет ощущения, что можно вздохнуть полной грудью. А здесь просторные, широкие улицы, невысокие дома, много зелени. Все это радует глаз, здесь можно погулять. У вас чувствуется простор, в Москве такого нет.

 

Как ваши дети самоопределялись в жизни? Трудный был выбор?
— Мы продолжаем династию (смеется, — примеч. автора). Сын тоже закончил Московский авиационный институт, но не работал по специальности ни одного дня. Он начал писать, был журналистом, начитан до безумия. Сейчас работает в американской фирме, связан с написанием пресс-релизов. Я считаю, самый большой грех, когда ты не реализуешь свои таланты.

 

Как вы относитесь к режиссерам-постановщикам?
— Режиссер видит сразу трехмерное пространство — это меня восхищает. Я тут одному режиссеру — молодой девушке – отдал пьесу, которую перевел на русский язык. Она прочитала, и ей понравилось. В этой пьесе акула в конце съедает всех героев, и я все думал, как же она это покажет на сцене. Набрался смелости и спросил, а она ответила, что это самое простое и показать это легко. Меня это поразило! Я посмотрел этот спектакль, он сделан в оригинальной пластике.

 

Как вы отдыхаете от литературы? Когда столько читаешь-переводишь, от книг, наверное, устаешь?
— Поскольку перевод — удовольствие, занятие им считаю отдыхом. Другие дела — работой.

 

Ваше пожелание тем людям, которые стремятся пойти по вашим стопам?
— Поскольку я могу исходить только из собственного опыта, скажу следующее: читайте как можно больше на языке оригинала. Если захочется переводить — приступайте, но только в порядке хобби. Будет получаться, то есть публиковаться, со временем превращайте хобби в основную профессию.


Интервью: Александрина Соколова, фото: автора и электронные СМИ

cs-nsk

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить