finogeev__svetskyjcom__fc
  • Светский:

    Что? Где? Когда?

  • Новое в блогах:

    КБ Дзержинск

  • Культура:

    Театральный блог

  • Отдых:

    По миру

РОК – ЧУДО ВЕКА

 
 После VII Международного фестиваля молодежи и студентов, проходившего летом 1957 года в Москве, потеплел не только политический климат в стране, заметно подтаял и культурный голод. Ярким подтверждением этого стало широкое распространение иностранной музыки. 
 
dkОсобенно популярным среди молодежи стал рок-н-ролл. Но, насколько помнится, сначала появилось танго «Огненный поцелуй» в исполнении Георгии Гиббс. Были записи этой песни и у Луи Армстронга. Мне же больше нравилось, как эту песню пела Бри Комбо. Ностальгируя по молодости, я и сейчас иногда слушаю эту певицу. И, что удивительно, она тоже нравится окружающей меня молодежи. Но сверхпопулярным тогда был вскоре появившийся «Rock around the clock» («Рок круглые сутки») Билли Хейли. А затем кумиром молодежи конца пятидесятых годов, да и в шестидесятые, был «король рок-н-ролла» Элвис Пресли. Поскольку в Союзе его пластинок не выпускалось, приходилось слушать этого американского певца по приемнику по «голосам» или же «из?под полы» приобретать «ребра», то есть записи на гибких рентгеновских снимках. Сначала их привозили из Москвы, но вскоре «ребра» появились и в городе Горьком. Кроме Элвиса Пресли, на «ребрах» попадались записи Чака Берри, Бадди Холли и других исполнителей. Электричек тогда еще не было, и новый вокзал еще не начинали строить. Напротив же старого вокзала, в доме, где находился клуб железнодорожников «Спартак», была небольшая арка. Сейчас на этом месте ресторан «Макдоналдс». У этой арки всегда дежурили торговцы музыкальным товаром. К ним за «ребрами» с Женей Сердцевым мы и ездили. Проходили через арку во двор и за сто рублей приобретали заветный рок-н-ролл. Дома клали «ребра» под иглу проигрывателя или радиолы, врубали на всю мощь 78?оборотную приставку и «лабали», пока «уши не вянули». Но патефонная игла быстро резала «ребра». Приходилось снова искать пару сотен и ехать в Горький на площадь Революции за новыми «ребрами». Что поделаешь. Правильно пелось в песне Игоря Мошкина: «Рок рок – чудо века, // Рок испортил человека. // Прыгай вверх, прыгай вниз, // Крепче за руки держись!»
Но прыгать в танцах молодежь могла только дома. На танцевальных площадках делать это не позволялось. Рок-н-рол оркестры и не играли, хотя другие зажигательные мелодии звучали непременно. Наш «Вишневый сад», например, или мексиканская песня «Кукарача», бразильская – «Светлячок». Некоторые ребята и под них выделывали роковые кренделя. Их тут же выводили с площадки. Возражавших дружинники могли и побить или отправить в милицию. Летними вечерами самым людным местом была парковая танцевальная площадка. repet processИногда на ней и танцевать?то было негде от огромного числа собравшихся людей. Большая толпа стояла и возле танцплощадки. Это летом. Осенью же и зимой на танцы ходили в техникум им. Красной Армии, ездили в Дома культуры поселков Свердлова и Калинина. Ездили на трамвае. Танцы устраивались в фойе. Билет стоил три рубля. Народа набивалось битком. Приезжали обычно компанией в три-четыре человека. Почти все танцующие между собой были знакомы, хотя и жили на разных улицах. Я, например, на Октябрьской, Витя Емелин – на Суворова, Вова Шашков – «на 27?ом», Юра Новоселов – на Черняховского. Стоим в трамвайной тесноте и подбадриваем друг друга роковой песней: «Сердцем всем стремлюсь к огню, //Свет реклам на авеню, // Вся душа полна тобой, // Хелло! Пошире двери, бой!…»
Под фокстротовые мелодии танцующих было заметно меньше, чем когда звучали спокойные мелодии, например, обалденное танго «Маленький цветок». Прижмешь девчонку к себе,и передвигаешь ноги полегоньку. Молчать в такие моменты было убийственно. Что?нибудь лепечешь партнерше. Если и она заговорит, приглашаешь на танец еще раз. Затем и проводить напросишься. Так дружба и завязывалась. Но и заканчивалась быстро. Девчонок?то было много. И все красивые, разные, как цветочки. Каждая нравилась, и прижаться тоже хотелось к каждой. На танцы приходили и девушки совсем юные еще, и ребята – еще школьники. Видимо, в их сердца крепко въелось роковое вразумление: «Не ходите, дети, в школу, // А ходите в ресторан! // Пейте, дети, кока-колу, // Обожайте дамский пол, // И танцуйте, и танцуйте рок-н-ролл!» Встречались на танцах и «синие чулки» – незамужние училки и медички разные. На танцы они приходили утолить свои печали, ведь новые знакомства здесь заводились очень даже легко.
С 1960 года танцы в Дзержинске стали другими, нежели раньше. Зимой из города танцевать на поселки больше никто не ездил. Танцы repet process1теперь проходили в колонном зале Дворца культуры химиков. Да какие танцы! Во-первых, здесь было близко и гораздо больше места. Во-вторых, в ДКХ появился шикарный эстрадный оркестр. Руководил им Евгений Гришман – великолепный музыкант. Все оркестранты владели несколькими инструментами. Например, самый молодой из них Алик Никитин играл на фортепиано, аккордеоне, гитаре и кларнете. Хорошо помню виртуозную игру аккордеониста Валентина Осокина, тромбониста Юрия Егорова и трубача Юрия Воинова. На барабане мастерски колотил Алик Гагарин. Под их игру не только хотелось танцевать, оркестр в кайф было и слушать. Места на танцевальном «пятачке» обычно не хватало, но это никого не смущало. Ведь в ДКХ приходили главным образом не «на скачки», а пообщаться. В иные дни даже балкон в колонном зале был полон народа. Все нарядные, модные. Парни – непременно в костюмах с зауженными брюками-дудочками, в белых сорочках, ярких узких галстуках – «селедках» на микроскопическом узле, иные в «бабочках», в начищенных ботинках, некоторые в мокасинах и белых носках. Девушки – в плиссированных платьях чуть ниже колен или в платьях с юбкой-колокол, с широким поясом и большой пряжкой. И непременно в туфлях «на гвоздиках». Высокие каблуки не мешали им отплясывать самый быстрый танец.
Летом 1960 года по стране распространился новый хит: «Зиганшин – буги! // Зиганшин – рок! // Зиганшин съел второй сапог! // Пока Зиганшин рок долбал, // Гармонь Федотов доедал…» Весь шестидесятый год и позже, вплоть до полета Ю. Гагарина в космос, стиляги всей страны распевали этот, переложенный на рок-н-ролльный мотив, американский шлягер. 7 марта 1960 года об Асхате Зиганшине и еще троих наших парнях, дрейфовавших на небольшой барже 49 суток в бурном Тихом океане, рассказала радиостанция «Голос Америки». Американцы сообщали, что выловили в океане четверых русских солдат. Наши же власти долго решали, как реагировать на новость, что делать. Вдруг это предатели или перебежчики? Лишь на девятый день, 16 марта, в «Известиях» на первой полосе появилась заметка «Сильнее смерти». А через два дня о четверке героических советских солдат рассказала и газета «Дзержинец». И музыкальный шлягер о них долгое время оставался самым модным среди стильной молодежи.
Большим событием для любителей музыки и советской песни стал февраль 1961 года, когда в двадцатых числах в наш город с концертом new yearприехал эстрадный оркестр Леонида Утесова. Билеты, естественно, были раскуплены заранее. Счастливчики хвалились перед своими товарищами: «Завтра на Утесова иду». Афиши Дворца культуры химиков сообщали, что оркестр приехал с новой программой «Тридцать лет спустя». Это привлекало, хотя и на программу Утесова тридцатилетней давности билеты разошлись бы наверняка. Все знали и любили этого оригинального исполнителя бодрых и задушевных песен. На улице стояла лютая стужа, а в большом зале ДКХ душа закипала. Она пела вместе с маэстро, уносила то к ленинградским мостам, то к московским окнам. А исполнение песен «Бедовый парень», о солнечном городе у моря и «Одессит Мишка» прошибало до слез даже ребят хиповых. Чувства переполняли и партер, и бельэтаж, и балконы большого зала. Модную в то время песню «Одесский порт», да и другие тоже, люди пели вместе с Леонидом Осиповичем. Когда концерт подходил к концу, и Утесова на сцене сменили другие солисты его оркестра, я вышел в фойе и увидел, как знаменитый певец направляется на улицу. Он не сбегал, как могло показаться, а вышел подышать свежим воздухом. В длинной цигейковой шубе певец казался таким же внушительным, как и массивные двери ДКХ, у которых он стоял и смотрел на ночной город. Утесов с любопытством взглянул на меня и спросил, понравился ли концерт. От робости я не мог сразу ответить. Рядом никого не было, и это придало мне смелости. «Поете великолепно, и джаз шикарный». Я и представить не мог, что когда?нибудь окажусь рядом с Утесовым, а он удосужится спросить меня о чем?то. Этот знаменитый, на вид вальяжный, человек вовсе не был барином от эстрады, как его некоторые называли. «А что не понравилось в нашей программе?» – спросил маэстро. Я мысленно прокрутил весь концерт и не нашел ничего, что хоть чуточку бы не понравилось. Все было на высшем уровне, своеобразно и классно. Хотя большинство молодежи той поры предпочитало слушать совсем другие вещи, например, оркестры Бенни Гудмана или Карела Влаха. И все же песни Утесова, как и у наших отцов, находили отклик у каждого.
dk«Понравилось все»,– ответил я Леониду Осиповичу. Он еще раз оценивающе посмотрел на меня, сказал: «Спасибо, парень», и возвратился в ДКХ. Все это произошло так быстро и просто, что я не понял сразу, какая у меня знаменательная состоялась встреча. Впоследствии еще много, много раз я сожалел, что не спросил Леонида Осиповича о чем?то. А вот энергия, исходящая от его песен, ощущается и сегодня. Но на вечеринках, а тем более на танцах, утесовские песни почти не звучали. Их хорошо было слушать на концертах или в домашней обстановке. Танцевала же молодежь тогда уже под твистовые мелодии.
Осенью 1962 года на всех танцплощадках играли отечественную хипповую вещь из кинофильма «Человек-амфибия». Андрей Петров написал простую, но очень зажигательную мелодию, под которую и рок танцевали прекрасно. Помню, осенью в тот год песню «Эй, моряк!» уже все наизусть знали. Тогда она звучала из окон многих домов. Джазовая певица Нонна Суханова распаляла чувства так, что не подхватить песню было невозможно. Парни вторили: «Нам бы, нам бы, нам бы // Всем на дно, // Там бы, там бы, там бы // Пить вино…» Девушкам нравились другие слова: «Эй, моряк! Ты слишком долго плавал, // Я тебя успела позабыть…» От девушек, с которыми познакомился у лодочной станции, впервые эту песню я и услышал. Девушки были не только клевые, но оказались и смелыми. Попросили незнакомого парня покатать их на лодке. Я взял шлюпку, и мы вышли на Оку. Видно было, что речное раздолье сильно повлияло на них. Они лепетали, лепетали и вдруг разом во весь голос запели эту незнакомую мне еще песню. Я опустил весла и слушал. Это было шикарно. Представьте, две чудные девчонки сидят в твоей лодке, ручонками бьют по бортам и наяривают бойкую песню. Они оказались из Горького. Хотя я и завел с ними дружбу, поддерживать ее не стал. Хороших девушек и в Дзержинске хватало.osokin
На следующий год хитом отечественного твиста стала песня композитора Юрия Саульского на стихи Михаила Танича «Черный кот». Впервые она прозвучала в 1964 году. Исполнила ее в популярной радиопередаче «С добрым утром!» Тамара Миансарова. Тогда у многих уже были магнитофоны, на которые и была записана эта песня. Уже в тот же вечер ее распевали тысячи даже пожилых людей. Песня всем пришлась по вкусу. Молодежь же в твистовом экстазе просто балдела от нее. Народа на танцплощадках тогда поубавилось. Большая часть молодежи переместилась в открывшиеся в городе кафе. На проспекте Ленина, 30 работало кафе «Юность», на бульваре Победы, 17 – «Новомосковское». Да и в ресторан «Ока» кому было за двадцать заглядывали нередко. Но в танцах «отрубались» все же в кафе, где обстановка была проще, а старички почти отсутствовали. Пара бутылок красного, легкий закус, и танцуй хоть один, хоть на пару. Девушки тоже любили оторваться. Вина пили мало, а танцевали много. Да и новые знакомства были не прочь завести.
Еще в начале шестидесятых годов молодежь помешалась на новом направлении рока группы «Битлз». Но классика есть классика. Многие любители рока остались приверженцами Элвиса Пресли. Справедливости ради следует отметить, что в эти годы в СССР появилась легальная разновидность рок-н-ролла. Прежде всего, это песня Арно Бабаджаняна «Королева красоты», а немного позднее – «Где?то на белом свете» Александра Зацепина. Первую песню исполнял легендарный Муслим Магомаев, а вторую – звезда эстрады Аида Ведищева. Вот под музыку этих песен молодежь и протирала подошвы своей обуви. Однако это была совсем другая музыкальная эпоха, нежели в 50?х-начале 60?х годов. По-своему она была так же хороша и незабываема.
 
 
 
sladkovskirebra
 
 
 
 
Автор: Вячеслав Сафронов. Фото: архив автора, электронные СМИ