finogeev__svetskyjcom__fc
  • Светский:

    Что? Где? Когда?

  • Новое в блогах:

    КБ Дзержинск

  • Культура:

    Театральный блог

  • Отдых:

    По миру

«ХЕЙНКЕЛИ» НАД ДЗЕРЖИНСКОМ

Бросающейся в глаза приметой тревожной осени 1941 года в Дзержинске, как и во многих других городах, стали огромные аэростаты, применявшиеся для тросового заграждения от вражеской авиации. Особенно много их висело по периметру завода им. Свердлова. На высоте приблизительно двух-двух с половиной километров аэростаты видны были на поселке отовсюду. Они были установлены и в других местах города. Как и орудия оборонявшего Дзержинск 742-го зенитного авиаполка, аэростаты не только привлекали внимание жителей, но и создавали ощущение надежной защищенности от немецких самолетов.

 

Однако эта иллюзорность растаяла после первых бомбежек Сеймы и Горьковского Автозавода. 22 октября во второй половине дня над поселком Володары неожиданно появился одиночный Ju-88. Самолет подошел к цели на большой высоте, затем перешел в отвесное пикирование и с 500-600 метров сбросил три фугасные бомбы на Сеймовский мельзавод №4 и базу госрезервов №154. Громкий звук взрывов слышался во всем поселке. Во многих домах вылетели стекла, погас свет. Началась паника. Учителя и дети выбежали из школы, а жители из своих домов. Все бросились к реке.


В этот день сигналы воздушной тревоги разносились и по Дзержинску. И это была не учебная тревога, но жители города поняли это, когда узнали о бомбежке на Сейме. Многие сеймовцы работали на дзержинских предприятиях, в этот же день они подробно рассказывали о случившемся. К вечеру весь город знал о трагедии на Сейме, о пожаре на элеваторе.
Одна «жертва» октябрьского налета фашистов на Сейму оказалась и в Дзержинске. Заместитель начальника гаража УКСа завода № 96 Ситников во время воздушной тревоги ехал с незатемненными фарами. Забыл, вероятно, выключить, а может быть, проигнорировал введенные требования и больно поплатился. За демаскировку территории поселка и завода № 96 светом фар автомобиля Ситникова немедленно исключили из партии и привлекли к судебной ответственности. Это была вполне справедливая мера, которая ни у кого не вызвала возражений. На базе же, подвергшейся бомбардировке, ликвидацией последствий налета не занимались несколько дней. 31 октября Дзержинский горком ВКП (б) вынужден был обратить особое внимание обкома партии на устранение последствий паники и на необходимость ускорения восстановительных работ.


Положение на фронте с каждым днем ухудшалось, и даже глубоко в тылу тревога людей усиливалась. Первые числа ноября были особенно страшными. Ночью с 4-го на 5-е жителей восточных поселков города разбудил громкий гул самолетов. Над Окой группами и поодиночке шли вражеские «Хейнкели». Все понимали, что они летят на Горький, на Автозавод. Река и полотно железной дороги были для самолетов хорошими ориентирами. Автозавод находился совсем рядом, и люди опасались, что бомбы могут упасть и на их головы, но стервятники пролетели мимо. Совсем рядом забухали зенитки. Затем задрожала земля, затряслись дома и бараки, послышались раскаты мощных взрывов, они раздавались один за другим, проснувшиеся люди выбежали на улицу. В небе за Доскино одна за другой возникали огненные вспышки. Это немецкая авиация бомбила район Автозавода. Некоторые считали взрывы, но уже скоро сбились. Двадцать пять минут тринадцать «Хейнкелей» уничтожали завод и жилые массивы. Как оказалось, только в первый день они сбросили на мирных граждан множество мин и 80 фугасных бомб. Ближе к Дзержинску, над западной частью Автозавода, небо осветило пламя полыхавших бараков, на которые с самолетов сыпались «зажигалки». В них размещались эвакуированные из Москвы люди.


ostatki glОпасаясь за свое имущество, они не пошли в укрытия, многие во время сильнейшего пожара сгорели заживо со своим скарбом. От восьми бараков остались одни угли, лишь некоторые удалось потушить. Восемь фугасных бомб были сброшены и на Сормовский район. Там тоже пострадал жилой сектор. Шесть фугасных бомб упали у Авиазавода № 21, разрушив жилые бараки и один частный дом. На следующий день обо всем этом только и говорили. Люди были в ужасе. На другую ночь с не меньшей силой бомбежка повторилась. По данным службы МПВО, в ночь на 6 ноября на Горький были сброшены 32 тяжелых фугасных и несколько сотен зажигательных бомб. Точное число погибших осталось неизвестным, но счет шел на сотни. После двух ночных бомбовых ударов всем нижегородцам стало понятно: война пришла в их дом. Страх охватил буквально каждого и в Дзержинске: «А вдруг нас тоже начнут бомбить?» — общая мысль витала в воздухе. Эмоциональные рассказы людей, попавших под бомбежку, еще больше усиливали опасения.


Ведь, кроме громадных разрушений, две ночи на Автозаводе унесли сотни жизней. После этого ужаса многие, услышав гул летящего самолета днем, со страхом поднимали головы, хотя и знали, что «Хейнкели» чаще появляются ночью. Небо над Горьковским краем охраняли летчики 142-й авиационной дивизии. Для них, кстати, Дзержинский завод №148 изготовил сто комплектов бронестекла.

 

html m18dfc152Пасмурный день уже клонился к концу, когда в 16:10 над Окой со стороны Дзержинска из облаков внезапно вынырнул двухмоторный Не-111, под фюзеляжем которого висела трехметровая сигарообразная мина ВМ-1000. Последствия налета оказались ужасными. В Ворошиловском районе на радиотелефонном заводе им. Ленина погибло более ста человек, в том числе директор и почти весь руководящий аппарат. Многие оказались под завалами. В тот же день немецкие самолеты еще раз бомбили Автозавод, разрушили завод «Двигатель революции», оставили без электричества весь Ленинский район. Вечером Автозавод два раза подвергся бомбежке. Еще два налета жители испытали ночью. За сутки были разрушены не только 14 заводских корпусов, но и несколько жилых домов Автозаводского района. Семь бомб упали в непосредственной близости от Дзержинского района — у поселков Гнилицы и Нагулино.


В Дзержинске постоянно выли гудки воздушной тревоги, защищавшие город зенитки вели заградительный огонь. Поначалу жители видели лишь самолеты, пролетавшие в сторону Горького и обратно, но ближе к вечеру 5 ноября один из «Хейнкелей» внезапно изменил курс и сбросил две фугасных бомбы на завод № 96. После этого он прошел на бреющем полете над позициями зенитных батарей в районе поселка Игумново и обстрелял их из пулеметов. В результате был убит командир батареи 583-го ЗенАП лейтенант Васильев.
1 декабря вновь испытали ужас бомбежки сеймовцы. На мельницы и элеватор были сброшены фугасные и зажигательные бомбы. Один за другим раздались мощные взрывы, возник пожар. Личный состав Дзержинского гарнизона пожарной охраны в течение двадцати часов сражался с огненной стихией.


html m29bf564eВ эти осенние дни, когда бомбежка ГАЗа была наиболее активной, и от доносившихся взрывов не спали многие дзержинцы, прошел слух, что в городе «орудуют» сигнальщики. Вот что рассказывал об этом М.?А. Федоров, живший во время войны на поселке Свердлова: «Однажды в лесу, в районе нынешней швейной фабрики, раздались ружейные выстрелы. Туда немедленно выехала патрульная группа. Оказалось, ребята лет пятнадцати нашли землянку, а в ней винтовку. От соблазна пострелять отказаться было невозможно. Когда у них закончились патроны, подоспели военные. Как выяснилось, это была землянка сигнальщика». В разной интерпретации весть о сигнальщике быстро распространилась по городу. Ходили слухи, что на заводе им. Свердлова арестовали несколько человек, подававших световые сигналы самолетам. Это никому не прибавляло оптимизма, ведь бомбежке подверглась и жилая часть Дзержинска. Хотя это был единственный случай, запомнился он надолго.

 

aviaminaЧерный самолет со свастикой на крыльях словно упал с неба. Совсем низко он летел над домами, пугая ревом моторов проходивших по улице. Все смотрели ему вслед и надеялись, что пронесет, беда минует город. И вдруг «на 27-м», недалеко от парковых ворот, одновременно со взрывом взметнулся черный дым. Вылетели окна находящегося поблизости Химтехникума. Когда в парке рядом с детсадом №26 (сегодня это дом №27по ул. Октябрьской) ухнули еще две бомбы, испуганные студенты и жители соседних домов выбежали на улицу. Многие кинулись в бомбоубежища. Четвертая бомба упала около ж/д моста за рынком. Ни убитых, ни раненых, ни паники не было. «Хейнкель» улетел в сторону реки и над городом больше не появлялся. К счастью, разрушений взрывы за собой не оставили. Бомбы оказались небольшими. Лишь одна из них вышибла окна и повредила торцевую часть двухэтажного шлакоблочного дома на Октябрьской улице. Длительное время он оставался напоминанием о вражеских налетах, как и воронки в парке. Долгие годы они были, своего рода, скорбной парковой «достопримечательностью», на них ходили смотреть горожане.


results bombezhki7 ноября 1942 года в Москве на Красной площади состоялся военный парад. Это вселило в людей надежду, что скоро прогонят врага от столицы и дальше, что не будет больше налетов. Но уже днем 8 ноября заголосили гудки воздушной тревоги. На Горький вновь летел Ju-88D. И в последующие дни немецкие самолеты совершали налеты на Горький, даже попытались разрушить Окский мост, но бомба, к счастью, упала мимо.


Каждый день, каждую ночь жители Горького вздрагивали от любых звуков с улицы, боясь новых авианалетов. Выключали радио, чтобы не пропустить гул самолетов. С тревогой смотрели на небо и дзержинцы, в особенности жители восточных поселков. Людям было чего бояться. Даже в новогоднюю ночь немецкие летчики решили преподнести русским «подарок». Одиночный «Юнкерс» незаметно приблизился к городу и беспрепятственно сбросил бомбы на Автозавод, а затем вернулся на аэродром в Орше.


Трудно сказать точно, почему Дзержинск — не менее важный поставщик оружия, чем Автозавод или Сормово, — вражеские самолеты практически не бомбили. Да, действовала международная конвенция, касающаяся химического оружия, но Японией, например, она нарушалась, и Гитлер проигнорировал бы любые запреты, если бы счел нужным. Возможно, он боялся ответного удара советской авиации по немецким химическим предприятиям. Это его опасение кажется весьма убедительным. Наверное, и Бог берег дзержинцев, ведь несмотря на то, что все церкви вокруг были закрыты, люди молились, просили уберечь их от гибели. По сей день многие дзержинцы помнят и чтят имя старца Михаила Хабарского (Сметанина). Каждый день он молился за сохранение от вражеских разрушений Дзержинска и его предприятий, за жизни всех жителей города. Возможно, не все согласятся с тем, что молитвы помогли спасти город от бомбежек, но вспомните, даже такой прагматичный человек, как Сталин, чтобы спасти Москву от захвата, в самый критический момент обороны приказал совершить облет столицы с иконой Казанской Божьей Матери. Подобное происходило и в блокадном Ленинграде, где над линией обороны летал самолет с иконой. И сильнее, отважнее становились наши доблестные воины, терпеливее жители городов... Подобные чудеса в русской истории происходили многократно.

 

Автор: Вячеслав Сафронов, фото: электронные СМИ