finogeev__svetskyjcom__fc
  • Светский:

    Что? Где? Когда?

  • Новое в блогах:

    КБ Дзержинск

  • Культура:

    Театральный блог

  • Отдых:

    По миру

Директора столетнего завода

27 июня этого года исполняется 100 лет крупнейшему предприятию города Дзержинска – заводу им. Я.?М. Свердлова. Строительство его началось более 100 лет назад, и деньги на это Совет министров выделил еще 12 мая 1915 года. Но Закон о постройке завода Николаем II был утвержден 27 июня 1916 г. Эта дата и считается основанием предприятия, основным направлением которого стало производство взрывчатых веществ. Существование завода в большой степени зависело от возглавлявших его людей. За 100 лет их было немало. Кто же они – первые лица важнейшего оборонного завода страны?
 
4 августа 1915 года Высочайшим приказом Председателем временной хозяйственно-строительной комиссии был назначен генерал-лейтенант П.О. Гельдфрейх. Он набирал на строящийся завод и управленцев, и руководителей-производственников. Павел Оскарович окончил Михайловскую артакадемию, был постоянным членом Артиллерийского комитета при ГАУ и председателем комиссии по применению взрывчатых веществ к снаряжению снарядов. Завод возглавлял до 29 декабря 1916 года. Он был участником «белого движения» на севере России. После поражения белых на севере взят красными в плен. В 1921 году как «неисправимый контрреволюционер» расстрелян в Холмогорском концлагере. Реабилитирован в 1992 году.
 
Следующим руководителем строительства Взрывзавода был инженер, генерал-майор М.М. Чернов. До этого Михаил Михайлович занимался контролем порохов и боеприпасов в местах их хранения. Основные цехи при нем построены еще не были, но рабочие переоснащали старые снаряды, становившиеся пригодными для фронта. После октября 1917 года предприятие перешло в руки заводского Совета рабочих депутатов. Но «буржуазная администрация» оставалась на своих местах. Не покинул завод и генерал М.?М. Чернов. В августе 1918 года Растяпинским ЧК ведущие руководители Взрывзавода были арестованы и троих из них – первоклассных специалистов важнейшего для страны предприятия вывезли на Мочальный остров (место слияния Оки с Волгой, напротив Чкаловской лестницы) и без суда и следствия 1 сентября в числе других 40 человек расстреляли.
 
Руководить заводом стал инженер-полковник Ф.Ф. Яковлев. Сложнейшая технология завода взрывчатых веществ требовала хороших знаний и большой практики. Вот советская власть и терпела таких управленцев, как военный инженер-технолог Яковлев. В 1901 году он окончил Михайловскую артиллерийскую академию. В 1910 году становится членом Артиллерийского комитета, где курирует вопросы по применению взрывчатых веществ и снаряжению снарядов. В 1914 году его назначают помощником руководителя строительством капсульного производства в Самаре, проект которого был разработан самим Ф.Ф. Яковлевым. В это время Федор Федорович уже носит погоны инженера-полковника. Вскоре на Охтинском заводе в качестве технического помощника начальника завода он руководит его восстановлением после разрушительного взрыва. Производительность завода возрастает в 20 раз. В январе 1916 года Яковлев становится начальником Охтинского завода. В октябре 1918 года Федор Федорович назначается директором-распорядителем объединенных заводов Богородска, Охты и Растяпино.
 
И.А.НевструевА в Растяпино строительные работы были приостановлены. И только активность Яковлева способствовала, чтобы завод вновь ожил. Председателем правления Растяпинского завода был тогда рабочий активист Г. Козлов. Характеризуя Яковлева, он отмечал, что Федор Федорович «является исключительным специалистом и своей активной деятельностью способствовал ускорению пуска оборудования стоящего завода». Однако, когда завод стал выдавать продукцию, бывшего царского полковника оставлять на военном производстве власти больше не пожелали.
 
20 мая 1920 г. управляющим завода назначается И.А. Невструев. Бывший слесарь, профсоюзный активист, с 1919 года член коллегии правления заводом, в 25 лет становится первым «красным директором» огромного предприятия. Он хорошо понимал, что без знаний и опыта старых инженерных работников завод не достроить, как и без создания лучших условий для труда и жизни рабочих. И прилагал для этого максимум усилий. В 1920 году для расселения рабочих было построено 39 домов и бараков. В планах следующего года значилось 34 жилых здания. Предполагалось построить хлебопекарню, школу, детские ясли, больницу, баню, Нардом и другие важные объекты. И все это было построено.
 
По сравнению с довоенным уровнем на 40% увеличилась зарплата работающих. Все это, вместе с улучшением условий труда, укреплением трудо­вой дисциплины и материальным поощрением старательных рабочих, позволило завершить строительство главного на заводе тротилового производства. 1 июля 1921 года оно было запущено. Кроме тротилового производства, был запущен кислотный завод, крупная линия снаряжения, ряд важных вспомогательных объектов. Все это настолько удивило нелицеприятную поначалу комиссию, прибывшую из Москвы с проверкой, что она признала завод лучшим среди других предприятий военной промышленности. Управляющий заводом был представлен к награждению золотыми часами и орденом. ВЦИК утвердил решение о2 поощрении управляющего, а завод за организацию тротилового производства в сентябре 1924 года был награжден орденом «Герой Труда». В начале 1923 года Иван Абрамович был признан одним из лучших директоров страны. А в июле 1923 года из Москвы пришло распоряжение о назначении его на Урал. Руководство военной отраслью поручило И.А. Невструеву возглавить и вывести старейшие оружейный и сталеделательный заводы Ижевска из прорыва.
 
30 марта 1923 года на завод №80 был назначен новый управляющий – М.С. Хомутов. Это бывший свинопас, портной, с 16 лет член большевистской партии, участник Первой мировой войны, после октября 1917 года заместитель председателя Армсовета, комендант Нижнего Новгорода, начальник формирования Западносибирского округа. И ему необходимо было поднимать завод на новые высоты. Вот, что говорит об этом человеке партийная характеристика ноября 1923 года: «Настойчив в проведении принятых решений. Владеть собой может, признать свои ошибки может. Отношение к товарищам по партии хорошее и по работе к подчиненным требовательное. Наклонностей к склоке и группировке не замечалось, организационная и административная способности есть». Не зря такой человек так уверенно продвигался по военной службе. И завод под его руководством работал успешно. А если этому что-то мешало, он смело, по-военному преодолевал преграды. Уже вскоре Михаил Семенович круто пошел в гору, стал председателем правления Военно-химического треста, в состав которого входил завод №?80 и многие другие предприятия, работающие на оборону. При нем для завода №80 была разработана масштабная программа развития, реализация которой заняла многие годы.
 
И.Н.ЕрофеевСледующим начальником завода, как стали называться их руководители, был И.Н. Ерофеев. Больше всего он известен своим противостоянием с ответственным секретарем заводского партийного коллектива. В решении хозяйственных дел Ерофеев никак не хотел уступать партсекретарю своих полномочий и восстал против его вмешательства. Конфликт вышел за пределы завода. И лишь секретарь Растяпинского райкома партии М.М. Каганович «разрулил» возникшую склоку. Он сумел убедить обоих руководителей подать заявление о добровольном увольнении с работы. В декабре 1928 года И.Н. Ерофеев уехал учиться в Военно-техническую академию. Исполнять обязанности начальника завода было поручено бывшему командиру полка Н.Д. Жиляеву. Шесть классов школы и коммерческое училище окончил Николай Данилович. Зато он хорошо владел штабным делом, дослужился до командира полка и начальника мобилизационного отдела Главного Военного Промышленного Управления.
 
Но в декабре же прислали нового начальника завода – Н.Г. Кетуру. Ему повезло. Завод шел вперед, как по накатанной колее. Успешно выполнялись все планы, осваивались новые производственные площади, увеличивался выпуск продукции. Свежим взглядом Кетура видел и недостатки, старался их устранить. Иногда поступал достаточно жестко. Увидев разлад в руководстве и плохую работу отдела экономики труда, некомпетентность и самовольство его начальника, Кетура добился его освобождения с должности. По его мнению, многим рабочим не хватало желания «двигать производство вперед». «Вовлечение широких масс в хозяйственную работу – дело хорошее,– отмечал Николай Григорьевич,– но на местах мы в этом имеем искажение. Мы имеем падение выработки продукции, повышение себестоимости, увеличивающиеся случаи прогулов, нарушения трудовой дисциплины и пьянство. Учащаются случаи невыполнения распоряжений администрации… Рабочие на поденной работе работают плохо, хуже, чем у старого хозяина. На уничтожение таких явлений надо мобилизовать все общественные силы, а за плохое отношение к производству надо привлекать к ответственности». Однако не все соглашались с мнением Кетуры, некоторые предлагали «в плохой работе производства скорее винить администрацию, чем рабочих». Уже скоро подобное обвинение прозвучит в адрес всего руководства восьмидесятого завода.
 
Основными качествами для руководителей предприятий в то время по-прежнему были участие в революционной деятельности, служба в Красной Армии, партийность, твердость и решительность. Иные руководители и на заводах, словно в бою, только «шашками» махали. Предприятия работали и росли за счет опыта ветеранов и молодых специалистов, таких как Цыганков.
 
4
В 1930 году положение на заводе было удручающим. Указание комиссии ЦК по чистке аппарата нанесло большой ущерб заводу. Завод был обезглавлен, а новых руководителей Москва не присылала. В июне в качестве директора на заводе вновь появился И.И. Линьков. У Исаака Ивановича Линькова никакого образования вообще не было, лишь десятимесячные курсы по общеобразовательным предметам при Промакадемии. Теперь руководящие вопросы завода уже чаще решаются на бюро горкома, а не в директорском кабинете.
 
Однако уже летом 1931 года начальником завода стал П.И. Волостнов. Это был 44-летний человек, бывший рабочий, социал-революционер, отсидевший два года в тюрьме и три года находившийся в ссылке. В 1918 году он вступил в члены ВКП (б) и стал продвигаться по служебной лестнице.
 
В начале осени 1932 года на завод был назначен новый начальник – Н.И. Шейко. Ознакомившись с состоянием производственных дел, Николай Иванович сразу же на парткоме ставит вопрос о единоначалии на заводе. Начальникам цехов теперь давались большие права в решении производственных дел. Шейко требует, чтобы они были хозяевами на производстве, чтобы в цеховых делах они не зависели от профсоюзной и партийной организаций. Естественно, это касалось и его как начальника завода. Старый вопрос, о который разобьются еще многие головы хозяйственных руководителей. Но в данный момент о единоначалии не только говорили повсеместно, внедрять его на всех уровнях требовало правительство.
 
А.Ф. Толоконцев как начальник завода упор в своей работе делал на укрепление трудовой дисциплины, технического руководства и уплотнение рабочего дня. По его мнению, именно это мешало успешно выполнять производственные задания. Если смогли добиться хороших показателей по рационализации, то и в остальном, считал он, навалившись, как следует, можно достичь успехов. Помогла же учеба в самых различных формах повысить рабочим свою квалификацию.
 
Е.Н.КазиницкийС девятого декабря 1935 года в исполнение своих обязанностей вступил назначенный Наркомом новый руководитель завода – Е.Н. Казиницкий. Его назначение вызвало много вопросов и толков у работников завода. Еще бы, такой высокопоставленный человек из Москвы был направлен на далеко не лучший периферийный завод. Почему? Выводить его в передовые? Видимо, да. Ведь у С. Орджоникидзе были очень серьезные планы по перевооружению Красной Армии, и в этих планах важная роль отводилась заводу №?80. Возможно, новое назначение Казиницкого было связано и с расформированием с 1 января 1936 года «Всехимтреста». Приказом Наркома тяжелой промышленности ВХТ и все его предприятия были переданы в ведение Наркомата оборонной промышленности.
 
Е.Н. Казиницкий в Красной Армии прошел путь от бойца до комиссара бригад Первой армии восточного фронта, артиллерии и броневых сил Туркфронта. С 1925 года учился в академии, стал инженером. Работал помощником начальника ГАУ РККА, был техническим директором Вохимтреста, главным инженером Военной Химии Главхимпрома. В 1935 году был на заводах Германии, Франции, США. По своей бывшей работе Казиницкий неплохо знал завод №80, бывал на нем с проверками, знал все его недостатки и направил свои усилия на их устранение. Казалось, ничто не может его «выбить из седла». Но начавшиеся по инициативе горкома партии разоблачения остановить было невозможно. В отношении Казиницкого ездили даже согласовывать свои действия в ЦК партии. Конечно, если бы завод выполнял планы, может, ничего бы и не случилось. Но, как ни старался коллектив завода быстро преодолеть трудности, не получалось. Да и невозможно это было, ведь за два года на завод пришло свыше восьми тысяч новых работников и свыше семи тысяч уволилось. Но Ефим Константинович на что?то надеялся. Однако преодолеть жесточайший натиск уже и со стороны Москвы Казиницкому оказалось не по силам. 23 января 1937 года он был арестован.
 
С первого февраля руководить заводом был назначен Н.Г. Храмов. Восьмого февраля он приступил к своим обязанностям. Николай Григорьевич был довольно крупным и опытным партийным и хозяйственным руководителем, имел высшее образование, был директором ряда предприятий, главным инженером главного управления наркомата оборонной промышленности. И, поскольку он был председателем комиссии Главка по выявлению размеров вредительства Казиницкого, его назначили начальником завода №80.
 
Не успел Николай Григорьевич как следует ознакомиться с состоянием дел на производстве, как партком обвинил и его во «вредительстве». А главная вина Храмова заключалась в том, что Николай Григорьевич «занимал неправильную позицию по отношению к главному инженеру Попову».
 
Пятого сентября 1937 года временно исполняющим обязанности начальника завода был назначен С.Ф. Аксенов. А через неделю к обязанностям начальника завода приступил уже С.П. Горин. В конце января на завод приехал сам нарком оборонной промышленности Каганович. Это был не просто нарком, а сам Лазарь Моисеевич, второй в стране после Сталина человек. Он побывал в цехах, поставил задачи по наращиванию мощностей завода и потребовал их непременного выполнения. И все шло неплохо. 29 января 1939 года на заводе произошла смена руководства. Сергей Петрович Горин был назначен начальником первого Главного управления наркомата боеприпасов. На заводе это расценивалось как признание не только его руководящих способностей, но и достижений коллектива по наращиванию мощностей выпуска боеприпасов.
 
М.В.Шубин
Днем ранее назначения Горина начальником главка на заводе состоялось заседание парткома, который в своем решении рекомендовал и просил утвердить на должность директора завода М.В. Шубина. С третьего февраля 1939 года Шубин вступил в права директора. Но 1 ноября 1940 года на завод вновь вернулся Горин. Шубин был снят якобы за бесхозяйственность и назначен начальником ПДО.
 
На самом же деле все было не так просто, как представлялось. Да, действительно, завод не выполнил поставленных перед ним планов, медленно продвигалось строительство. Но дело оказалось в другом. Промышленность боеприпасов накануне войны, к которой вовсю готовились, не выполняла планов. Вывод проверяющих – слабость руководства наркоматом. Политбюро ЦК ВКП (б) поручило срочно заменить начальников первого, второго и третьего главков. Начальником первого главка был С.П. Горин. Плохая работа завода еще больше усугубила вину за неудачное руководство главком. Горин знал, что в наркомате раскрыт «вражеский» заговор, что многие его работники во главе с наркомом И.П. Сергеевым арестованы, а «органы» продолжают «зачистку». Сергей Петрович хорошо понимал, что дни его сочтены. Восьмого июля 1941 года на заседании парткома завода «вследствие взятия под стражу» Горин был исключен из партии. Исполнение обязанностей начальника завода было поручено А.?С. Цыганкову.
 
А пятнадцатого июля директором завода был назначен секретарь парткома К.И. Черноземов. Уже шла война, а завод не мог наладить выполнение планов. Срывы поставок комплектующих все усилия коллектива делали тщетными. 21 августа Цыганкова освобождают от работы главным инженером завода. А 5 октября подписывается ордер на его арест. Одновременно был арестован и бывший директор завода М.?В. Шубин. Началось продолжительное следствие. В конце мая 1942 года в «Нижегородской коммуне» появилась критическая статья о плохой работе оборонного завода им. Я.?М. Свердлова. Это было подобием разорвавшейся бомбы. Статью обсуждали на всех уровнях. Острая критика в органе ЦК партии не могла остаться бесследной. Уже через полторы недели, 7 июня, по Наркомату боеприпасов вышел приказ об освобождении Черноземова от обязанностей директора завода, как несправившегося.
 
А.С.ЦыганковНовым директором завода им. Я.М. Свердлова назначили инженер-полковника Дядичева Сергея Никифоровича. Он знал завод, в 1934 году работал здесь заместителем военпреда, в 1939-1941 годах был райинтендантом и после года работы в Главном артуправлении РККА вновь был направлен на завод имени Свердлова.
Тем временем А.С. Цыганков и М.В. Шубин были признаны невиновными. 24 ноября 1942 года Цыганков вновь стал полноправным работником своего предприятия – заместителем главного технолога. За год бездействия Цыганков так истосковался по работе, что пропадал на заводе с утра до ночи. Произошло ужасное несчастье с многочисленными жертвами и большими разрушениями. Погиб главный инженер завода.
 
Для руководства восстановлением разрушенного необходимо было опытное и грамотное руководство. И Наркомат боеприпасов 11 января 1943 года назначает главным инженером А.С. Цыганкова.
 
Но это было уже при новом директоре завода. Еще шестого января С.Н. Дядичева сменил Г.Н. Смирнов. Сергей Никифорович после полученного во время аварии на заводе ранения недомогал. И в связи с личной просьбой был переведен на другую работу в Москву. Георгий Николаевич был из Дзержинска, работал на строительстве завода №96 («Капролактам»), возглавлял недолго завод №397 («Заря») и три года работал председателем Дзержинского горсовета.
 
Как и многие другие директора, он совершенно не знал специфики завода имени Свердлова. Но рядом с ним был очень грамотный и опытный руководитель – А.С. Цыганков. Москве было понятно, что заводу нужен именно такой. В июле Г.Н. Смирнова переводят заместителем директора по общим вопросам на завод №595. Месяц А.С. Цыганков исполняет его обязанности, а 8 августа 1943 года Алексей Степанович назначается начальником завода. Вскоре ему присваивается звание генерал-майора инженерно-технической службы. Коллектив стал работать без аварий и с постоянным перевыполнением планов. За огромный вклад в победу над врагом завод был награжден орденом Красного Знамени, а А.С. Цыганков орденом Ленина. А в 1949 году за разработку прогрессивной технологии Алексей Степанович был удостоен Сталинской премии.
 
С его именем связано назначение и двух последующих директоров завода им. Я.М. Свердлова. Оба начинали с мастеров, работали в основном снаряжательном цехе, в 1945 году были награждены орденами Красной Звезды. В 1943 году Алексей Степанович добился, чтобы главным инженером был назначен М.Д. Гоциридзе. А когда 6 апреля 1953 года А.С. Цыганков стал руководителем только что созданного СКТБ, по его рекомендации директором завода поставили М.Д. Гоциридзе. А ведь все могло быть по-другому. В апреле 1937 года по подозрению в нарушении техрежима Гоциридзе был вычеркнут из списков завода. Несколько месяцев он находился в подвешенном состоянии. На него тоже завели дело. И неизвестно, как бы сложилась судьба Михаила Давидовича, если бы Храмову в последний день его работы на заводе не напомнил бы о Гоциридзе Цыганков. И Николай Григорьевич изменил свой апрельский приказ. Он распорядился до рассмотрения дела в суде вновь принять Гоциридзе на завод. Судьба благоволила грузину. Во всем разобрались,М.Ф.Сухаренко и он был признан невиновным в случившемся браке. Михаил Давидович успешно руководил заводом до 1960 года. В этом году было создано Управление химии Волго-Вятского совнархоза. Как грамотному инженеру и опытному руководителю М.Д. Гоциридзе было доверено возглавлять все предприятия химического профиля. В это время, как никогда, поднималась химия Дзержинска, увеличивались и мощности завода им.Свердлова, который курировал М.Д. Гоциридзе. А директором этого славного завода после Михаила Давидовича стал М.Ф. Сухаренко
 
На заводе он работал с 1938 года – начальником фазы, заместителем начальника цеха, с мая 1942 года возглавлял третий цех, который был одним из главных заводских поставщиков снарядов для фронта. После войны третий цех успешно перестроился на выпуск гражданской продукции. Но главным профилем завода всегда оставалась работа на оборону. И в этом роль Михаила Федоровича была далеко не последней. В апреле 1951 года по ходатайству А.С. Цыганкова он был назначен заместителем главного инженера. Работал главным инженером. Затем сменил М.Д. Гоциридзе и долгих 27 лет руководил громадным предприятием. Таким оно стало при М.Ф. Сухаренко, когда были построены многие новые производства. Именно за это и за успешную работу завода Михаил Федорович стал Героем Социалистического Труда.
 
9Его феномен состоял в том, что он очень хорошо разбирался в людях, ценил профессионалов своего дела, будь то штукатур на стройке, токарь за станком или инженер технического отдела. Но всегда держал и руководящую дистанцию. Работавшие с ним рядом тоже знали свое место, и никогда не лезли вперед батьки ни в какое дело. В то же время всегда могли высказать свое мнение по поводу работы, поделиться личными заботами. А вот возражений Сухаренко не любил, особенно если он был прав. Во всем чувствовалась его хозяйская рука. Производство он знал досконально, рабочий день начинал с проверки строительства жилья и подсобного хозяйства. Потому-то бытовая сфера его завода всегда была лучшей в городе. Народ ценил это и без удивления встретил известие о присвоении Михаилу Федоровичу второй звезды Героя. Заводчане гордились, что работают с таким человеком. Гордились и, спустя годы, невольно сравнивали с последующими директорами – Н.И. Вавиловым, П.П. Переведенцевым, А.В. Батыревым. О себе они оставили неоднозначную память. Чтобы удержать завод на плаву, руководству приходилось применять ранее запрещенные приемы. Не всем это было по душе. Да и моральный облик некоторых из них воспринимался иначе, нежели поступки М.Ф. Сухаренко. К тому же и награды на завод, как раньше, уже не сыпались. Другое время, другие нравы, иные управленцы. И рассказ о них тоже будет другим.
 
 
Автор: Вячеслав Сафронов,
фото: архив автора и музея завода им. Я.М. Свердлова
Выпуск №87